К истории движения «Гехалуц» в России до раскола (1917-1923)

(Из книги «Мы начинали еще в России»)

Движение Гехалуц вышло из недр сионистского движения в России. Оно было связано с сионизмом и в годы Первой мировой войны, и в послевоенную эпоху.

Русское еврейство испытало общественный и национальный подъем еще в дни войны, до революции 1917 года. Среди молодежи, особенно учащейся, возникло интенсивное культурное движение, целью которого было повысить национальное сознание русского еврейства и определить пути к национальному освобождению. Когда поток евреев, бежавших из районов военных действий, наводнил города центральной России, помощь беженцам объединила всю еврейскую общественность, независимо от идеологических течений в ее среде. Сионистское движение крепло. «Общество любителей языка иврит», позже переименованное в общество «Тарбут» («Культура»), основало многочисленные школы, где изучался иврит — язык, вскоре ставший достоянием огромного числа еврейских юношей и девушек России.

После февральской революции 1917 года влияние сионистского движения стало ведущим в среде русского еврейства. Массы евреев были увлечены идеей борьбы за национальную независимость на родной земле.

В начале революции движение Цеирей-Цион — первый росток «трудового сионизма» – распространилось по всей стране. На его 2-й конференции в мае 1917 года (незадолго до всеобщей сионистской конференции) была основана народная фракция Цеирей-Цион — организационное выражение демократического движения, представлявшего интересы еврейских трудящихся масс. Во время революции Цеирей-Цион превратился в трудовое и социалистическое сионистское движение.

В ходе своей политической, организационной и кооперативно-экономической деятельности в России и на Украине, Цеирей-Цион принимал активное участие в работе украинской Рады и российского Учредительного собрания, проводил организаторскую работу в общинах, создавал потребкооперативы и т. п. Были намечены и планы работы в Эрец-Исраэль. Перед сионизмом стояла практическая задача заселения страны. Члены Цеирей-Цион стали инициаторами халуцианского движения, призванного решить эту задачу; именно они составили первые ячейки организации Гехалуц на местах. Активизации сионистского движения послужила Декларация Бальфура, изданная 2 ноября 1917 года. Энтузиазм, с которым встретили Декларацию евреи стран рассеяния, превратил заселение страны в главную задачу сионистского движения. Было выдвинуто множество планов по развитию экономики, по усилению алии и т. п. В Эрец-Исраэль были основаны такие компании, как организация строительных кооперативов под общим названием «Ха-бонэ», компания «Раанания» по улучшению почв для нужд сельского хозяйства, транспортная компания «Звулун» и другие. Цеирей-Цион принимал активное участие в деятельности новых предприятий, уделяя при этом особое внимание социальным проблемам развития страны. Они организовали широкую подготовку к будущей массовой алие. По их же инициативе были созданы во многих местах России первые ячейки Гехалуца. В России и на Украине создавались предприятия сельскохозяйственной хахшары, основанные на принципах кооперации или наемного труда. Так появились сельскохозяйственные предприятия под Харьковом и под Москвой, группа Гехалуц в Сквире, ферма, на которой работало около 50 человек во главе с агрономом Зусманом — в Одессе, группа «Эрец-Исраэль» (тоже в Одессе) и множество других групп, стихийно возникавших на Украине, в Белоруссии и России. Многие члены Гехалуца работали на огородах несколько часов в день, после обычного рабочего дня. Некоторые поступали в мастерские и на фабрики, чтобы обучиться там ремеслу.

Зачатки халуцианских организаций возникли еще до февральской революции 1917 года; встреча представителей этого движения состоялась уже во время конференции Цеирей-Цион (май 1917). Тем не менее, широкое движение хахшары оформилось позже, вместе с ростом и расширением деятельности этих организаций. Примерно тогда же обозначились, в общих чертах, формы и методы работы в области коллективной и индивидуальной трудовой подготовки (хахшары) и возникли квуцот хахшара. Самостоятельные организационные формы Гехалуц начал приобретать после l-й конференции представителей этого движения, состоявшейся в Харькове 15-18 января 1918 года. Конференция была организована палестинской комиссией центра народной фракции Цеирей-Цион. На этой конференции был учрежден Всероссийский совет объединений Гехалуца. Основное место на конференции заняла полемика о «идеалистической» или «материалистической» сущности движения. В ходе заседаний отстаивались два противоположных мнения. Одно из них высказал Элияху Мунчик: главная задача движения — примирить общие цели сионизма с личными интересами каждого члена организации; однако поскольку Гeхалуц — это авангард сионизма, идеалистические (то есть общие) цели должны преобладать над материалистическими, частными. Член организации должен связать свою жизнь с Эрец Исраэль; приехав в страну после периода хахшары, он обязан предоставить себя на три года в распоряжение организации.

По мнению противников Мунчика, главная задача, которую действительность ставит перед сионизмом, это формирование в Эрец-Исраэль контингента рабочих, способных к физическому труду. Цель Гехалуца состоит в воспитании такого контингента. Члены Гехалуца, заботясь о своих собственных потребностях и прочнее обосновываясь в стране, действуют и в интересах всего народа. Гехалуц должен сформировать облик еврейского трудящегося в стране (Хаим Козеровский).

В своих решениях съезд попытался объединить оба эти взгляда: «Гехалуц — это авангард трудящихся, целью которого является алия и решение проблем, связанных с заселением страны. Непосредственная задача организации — подготовить страну к массовому заселению путем объединения всех евреев, готовых посвятить себя этой цели. Гехалуц должен обеспечить подходящие условия жизни и труда для своих членов, закладывающих основы здорового национального и общественного существования народа в стране. Член организации в диаспоре обязан в кратчайший срок подготовиться к работе в Эрец-Исраэль; он должен предоставить себя в распоряжение организации на три года и строить отношения с товарищами на основе взаимопомощи».

Проблема «идеализма» и «материализма» оставалась предметом дискуссии еще несколько лет. Некоторое время казалось, что Гехалуц идеологически расколот на два враждебных лагеря, но с расширением алии, когда движение охватило тысячи трудящихся, вопрос утратил актуальность. Впоследствии был выработан так называемый синтетический взгляд на идейную сущность движения Гехалуц.

Гехалуц на Украине рос и расширялся. Новые члены приходили из рядов сионистской организации; много молодых людей пришло из общероссийских политических партий (например, эсеров). К организации присоединились также «неорганизованные» рабочие и ремесленники. Вступление в Гехалуц обуславливалось лишь готовностью кандидата посвятить себя сельскохозяйственному труду в Эрец-Исраэль. В первое время идея технической профессиональной подготовки не пользовалась популярностью, господствующей тенденцией было стремление к сельскохозяйственному труду. Движение Гехалуц расширялось и в России, которая к тому времени уже была под властью большевиков. Инициаторами движения и организаторами первых объединений повсюду выступали члены Цеирей-Цион. Роль движения особенно возросла, когда преследования со стороны властей привели к разладу и блужданиям в среде еврейской демократической общественности. В этот период Гехалуц выполнял также и важнейшую национально-сионистскую функцию в жизни всего русского еврейства.

Когда на арене сионистского движения в России появился Йосеф Трумпельдор, Гехалуц вышел за рамки объединений организации Цеирей-Цион и начал играть более независимую роль. Незадолго до первой конференции Гехалуца в 1918 году вышла брошюра Трумпельдора о функциях и сущности движения; в брошюре был также предложен проект устава петроградского отделения организации.

В январе 1919 года в Петрограде состоялась конференция Гехалуца, в которой приняли участие 30 делегатов из разных мест. Она носила характер учредительного съезда Гехалуца в Центральной России. На конференции был окончательно определен состав и облик организации. В то время Гехалуц подчас рассматривался как общество избранных, отрекшихся от всего личного и принесших себя в жертву на алтарь народа. Многие считали, что участники движения должны заниматься исключительно физическим трудом; некоторые шли еще дальше и утверждали, что Гехалуц вообще должен быть организацией только сельскохозяйственных рабочих. Эти мнения уступили место взгляду на Гехалуц как на организацию людей, живущих исключительно собственным (физическим или умственным) трудом и решивших переселиться в Эрец-Исраэль, а главная цель организации — подготовить своих членов к трудовой жизни в этой стране. Трумпельдор придал идеологии Гехалуца реалистический характер. В статье «Новый путь» он отметил: «Период халуцианства в нашей стране будет долгим и кончится еще не скоро — вопреки мнению некоторых членов Гехалуца. Переход к сельскохозяйственному труду, писал Трумпельдор в своей статье, является главным фактором заселения страны. Наиболее подходящей для Эрец-Исраэль организационной формой ведения сельского хозяйства должна стать производственная кооперация — несмотря на сложность и новизну такой кооперации для евреев. Кооперативы, многие из которых примут форму квуцот. или коммун, должны функционировать, исходя из реальных условий существования в стране и избегая крайних форм коммунизации общества.

После петроградекой конференции движение Гехалуц усилилось во многих областях страны. Еще во время конференции оно насчитывало свыше тысячи участников и более 60 местных организаций только в России и Белоруссии. Особенно многочисленной была Витебская губернская организация: в круг ее влияния со временем вошли и прочие местные организации России.

По инициативе Трумпельдора, более 100 членов Гехалуца собралось в Крыму, на частной ферме под Джанкоем, чтобы научиться сельскохозяйственному труду; некоторые из них изучали также мореплавание и рыболовство. Эта деятельность входила в программу, выработанную конференцией: по программе предполагалось создать два хозяйства хахшары в Крыму и в Одессе — для того чтобы сосредоточить большое число членов организации вблизи морских берегов.

В 1918-1919 годах группы халуцим стали наниматься на работу к крестьянам еврейских сельскохозяйственных колоний в Херсонском округе. В колонии Доброе, например, были сосредоточены, в основном, выходцы из Полтавы и ее окрестностей. Техническая подготовка, вначале носившая индивидуальный характер, с течением времени приняла более организованные формы: так, в Петрограде Гехалуц открыл столярную фабрику. Подъем движения достиг высшей точки в 1919 году, когда, в соответствии с указаниями Трумпельдора, на местах начали проводить мероприятия по профессиональной подготовке. В Крыму к тому времени собралось около 200 участников движения. Решением петроградской конференции в Эрец-Исраэль была направлена делегация для установления связи с местными трудящимися. Несмотря на препятствия, связанные с трудностями переходного времени и бедствиями гражданской войны, Трумпельдору, входившему в состав делегации, удалось добраться до Константинополя и создать там центр алии из Крыма. Через некоторое время в Константинополь прибыло уже 200 участников движения; в еврейской колонии Месила-Хадаша было создано нечто вроде пункта переправки для халуцим из России.

В истории Гехалуца период, связанный с именем Трумпельдора, был временем роста организации и расширения масштабов ее деятельности. Пора романтических мечтаний осталась позади. Гехалуц приступил к выполнению конкретных задач.

1919-1920 годы были периодом войн и политических перемен по всей стране. В Центральной России среди нищеты, разрухи и голода воцарился большевизм. Украина на несколько лет превратилась в арену кровавых войн между большевиками, украинскими националистами, деникинцами и поляками. Это было время тяжелейших потрясений и бедствий для украинского и белорусского еврейства. Жизнь каждого еврея висела на волоске, и самосохранение стало, в сущности, главной задачей масс народа. На Украине халуцим были активными членами отрядов самообороны, организованных для предотвращения физического истребления евреев. Погромы, тяжесть переходной эпохи, неуверенность в завтрашнем дне — все это создавало огромные помехи в работе местных организаций, которые подчас были вынуждены вообще прекратить всякую деятельность. Сыграл свою роль и запрет, наложенный большевиками на сионистскую деятельность в 1919 году, как только они впервые захватили власть на Украине. Этот запрет был первым проявлением активности еврейских коммунистов выходцев из еврейских социалистических организаций вроде Бунда и др. Внешние помехи ослабили организационную деятельность Гехалуца и в Центральной России.

Однако движение не было парализовано. Гонения и бедствия усилили стремление к алие не только в среде сионистов, но и среди еврейской молодежи вообще. Известие о гибели Трумпельдора, павшего при защите Тель-Хая, взбудоражило молодых участников движения и побудило их к попыткам нелегального въезда в страну.

Смертельная опасность, нависшая в то время над евреями (особенно на Украине), вызвала рост эмиграции. В поисках спасения евреи готовы были бежать куда угодно. У румынской границы собрались тысячи еврейских беженцев: в основном это были те, кто пережил погромы. Вместе с этим потоком, румынскую, польскую, литовскую и латвийскую границы переходили члены Гехалуца. В граничащих с Россией государствах (главным образом в Польше) сосредотачивались большие группы халуцим из России.

В это время русские евреи впервые узнали о сионистском «комитете делегатов» во главе с Хаимом Вейцманом. «Комитет делегатов» прибыл в страну после захвата ее англичанами. В городах и местечках России распространялись фантастические слухи о «золотом веке», который вот-вот наступит в жизни еврейского народа. Взоры истерзанного, гонимого народа обратились к Эрец-Исраэль, откуда должно было прийти спасение.

То была эпоха Третьей алии (1920-1923). Число халуцим, готовых к репатриации в Эрец-Исраэль, росло с каждым днем. Узкие организационные рамки расширились, возникло массовое переселенческое движение, в котором участвовали члены Гехалуца, большинство членов Цеирей-Цион, члены других сионистских организаций и просто молодые люди, видевшие в халуцианстве возможность спастись от преследований в России.

Халуцим из России пробирались в Эрец-Исраэль через польскую, румынскую, литовскую, латвийскую и кавказскую границы — чаще всего нелегально. Следует отметить насчитывавшую 120 членов «Крымскую группу», которая в 1920 г. легально выехала через Севастополь в Эрец-Исраэль. Группа эта состояла из уроженцев Крыма и молодых людей с севера России, последовавших в Крым за Йосефом Трумпельдором.

Каждая граница служила проходом в течение некоторого времени; затем, как правило, или она закрывалась, или халуцим находили более удобную дорогу. Попытки перехода границы подчас заканчивались трагически: неудачные попытки перейти румынскую границу, гибель семи членов группы «Ха-поэл ба-дерех» в горах Кавказа. Многие халуцим были совершенно нищими, им приходилось зарабатывать по дороге деньги, чтобы продолжать свой путь. Уже за пределами России их часто арестовывали местные власти. Лишения и тяготы сопровождали путь халуцим, первый этап которого был особенно трудным. Во второй половине 1922 года трудности возросли настолько, что нелегальная алия из России стала практически невозможной.

Для алии использовались — хотя и редко — и легальные пути. Реэвакуация военных беженцев создала возможность добыть — путем подделки свидетельств о рождении — визы на выезд из России для членов Гехалуца. В 1923 году реэвакуация закончилась, и возможности легальной эмиграции пресеклись. В результате этого алия из советской России прекратилась почти полностью.

С 1920 по 1922 год, в период интенсивной алии из России, Гехалуц уделял также большое внимание организационной и подготовительной работе на местах. После того как советская власть установилась во всех районах страны, и, в особенности, после того, как она установилась на Украине, и страх погромов постепенно развеялся, местные организации Гехалуца начали восстанавливаться. Стали вновь возникать и пункты хахшары. В стране тогда царил военный коммунизм — внутриполитическая система первых лет советской власти, принесшая России голод и острый недостаток предметов первой необходимости. Пытаясь наладить экономическую жизнь, правительство поощряло создание сельскохозяйственных товариществ и давало им землю и инвентарь. Гехалуц использовал представившуюся возможность и, с согласия властей, создал в разных местах страны сельскохозяйственные объединения, названные еврейскими общественными хозяйствами или коммунами. Иногда название хозяйства включало и слово «гехалуц». В числе групп, возникших в то время, следует отметить «Мишмар ха-Волга», «Ха-поэл ба-дерех», витебскую организацию Гехалуц. Сначала правительство симпатизировало деятельности халуцим и помогало им в их первых шагах. Благодаря своей хозяйственной деятельности, организация Гехалуц сумела приобрести в советской России более легальный статус, в то время, как сионистская организация вообще была нелегальной (на Украине) или полулегальной (в Центральной России).

Еврейские народные массы были разорены в результате разрухи и коренного переворота в экономике, который произвела политика военного коммунизма. В этих условиях среди русских евреев возникло движение за переход к сельскохозяйственному труду и производительным ремеслам; еврейская молодежь в особенности была увлечена движением за продуктивизацию. Широкую известность приобрела тогда «Первая рабочая группа в Бердичеве», созданная в 1920 году по инициативе Цеирей-Цион и местной организации Гехалуца. В группу вошло около 140 членов, которые работали, главным образом, на свекольных полях при сахарном заводе. В зимний период часть членов группы специализировалась по столярному и слесарному делу, большинство других работало на том же сахарном заводе или занималось черной работой. Через два года эта группа, ввиду ее сионистского характера, была распущена местной комсомольской организацией. Сезонные сельскохозяйственные группы, в которые входили сионисты и будущие халуцим, возникали в разных местах Украины и России. Группы халуцим образовывались также в совхозах – правительственных сельскохозяйственных предприятиях. Одна из таких групп, например, работала в совхозе под Николаевом. В еврейской сельскохозяйственной колонии Новополтавка в 1921 году работало около сотни человек. Приобретая навыки физического труда, члены этих групп проходили также широкую хахшару в самых различных отраслях сельскохозяйственного труда. Чаще всего среди них проводилась и культурно-идеологическая сионистская работа.

В 1922 году движение хахшары значительно усилилось. Еще в начале этого года был создан «Гдуд хаавода» («Рабочий отряд») имени И.Х.Бреннера в Ярцеве (Смоленская губерния), мобилизовавший участников Гехалуца со всех концов России, чтобы дать им навыки физического труда и возможность выучиться ремеслам.

Помимо небольших хозяйств («Тель-Хай» в Ялте, хозяйств в Белой Церкви и Тараще под Киевом, группа в Шешкубе около Батуми, маленькие группы в Подолии — в Мурафе и Томашполе, группа «Пески», существовавшая в 1923 году в Донбассе около Юзовки) в ноябре 1922 года в Крыму при содействии организации «Общих сионистов» было создано крупное хозяйство «Тель-Хай» на площади в 2000 десятин. Организаторами хозяйства были молодые люди, выросшие в еврейских колониях, дети земледельцев, привычные к сельскохозяйственному труду. Хозяйство включало пахотные земли, молочную ферму и птицеферму; были также сапожная и кожевенная мастерские, кузница и т. п. Большую помощь членам группы в подъеме и расширении хозяйства оказал Джойнт. С течением времени «Тель-Хай» превратился в главную сельскохозяйственную ферму Гехалуца.

Когда организованное Гехалуцем поселенческое движение охватило Крым, там стали возникать сельскохозяйственные предприятия, организованные еврейскими лавочниками и ремесленниками, тяготевшими к халуцианству под влиянием деятельности Трумпельдора. С помощью Джойнта они создали ряд поселений на земле, предоставленной им правительством: эти «мелкобуржуазные» поселения отчасти тоже были халуцианскими. Некоторые из них получили названия на иврите «Хаклай», «Авода», «Икар» и др. Тяжелые условия жизни и труда поселенцев послужили примером для всего окружающего еврейства, в котором усилилось движение за продуктивизацию. В тех местах, где сосредоточивались халуцим и другие сионисты, еврейская молодежь оказалась под сильным халуцианским и сионистским влиянием. Таким образом, деятельность Гехалуца имела и сильный пропагандистский эффект.

Вместе с разворачивающейся хахшарой и алией, определились и организационные рамки движения. Когда потрясения переходного периода утихли, и гражданская война близилась к концу, началось восстановление Гехалуца в общегосударственном масштабе. В октябре 1920 года в Харькове была созвана 2-я всеобщая конференция Гехалуца. В ней приняли участие, главным образом, представители местных организаций из Центральной России и лишь отчасти — с Украины, где Гехалуц только начинал возобновлять свою деятельность. Организационное значение конференции было велико: она выработала план действий, общий для движения в целом. Впервые после войны на конференции Гехалуца выступил представитель рабочего движения в Эрец-Исраэль Зеев Левинсон, один из руководителей «Ха-шомера». На конференции было принято решение о сущности движения: «Гехалуц — беспартийная организация еврейских трудящихся, стремящихся поселиться в Эрец-Исраэль и жить там своим трудом, без эксплуатации человека человеком. Цель движения — создать в стране трудовой центр еврейского народа в соответствии с национальными, политическими и социально-экономическими интересами трудящихся масс». Эта программная резолюция определила характер движения на ближайшие годы.

В мае 1921 года в Москве нелегально собрался совет Гехалуца, выбравший делегатов на 12-й Сионистский конгресс. В январе 1922 года в Харькове состоялась 3-я конференция Гехалуца; ее делегаты сосредоточили свое внимание на вопросах хахшары и хозяйственного строительства. В разгар заседаний конференции все ее делегаты были арестованы.

К тому времени было достигнуто соглашение между харьковским центром и центральным бюро Гехалуца в Одессе, которое появилось во время переходного периода, когда деятельность центра на Украине ослабла. Одесское центральное бюро (деятельность которого, в основном, была ограничена южной частью России) объявило о самороспуске. Оба центра сумели преодолеть разногласия, и движение сохранило свою целостность.

После ареста делегатов 3-й конференции, деятельность Гехалуца на Украине была на некоторое время парализована. Однако центральное бюро в Москве продолжало и даже усилило работу по хахшаре и по организации алии. Бюро также попыталось добиться от советских властей разрешения провести легальную конференцию Гехалуца. ВЦИК (Всероссийский центральный исполнительный комитет советов) разрешение дал, и извещение о созыве конференции было опубликовано в «Известиях» — центральном органе правительства. Подготовка к конференции велась широко, но после решительного вмешательства Евсекции разрешение было отменено, и конференция не состоялась. Это событие послужило сигналом к войне с Гехалуцем — войне на уничтожение.

Положение организации стало ухудшаться. Когда был опубликован декрет комиссариата внутренних дел о разрешенных объединениях и союзах, то выяснилось, что Гехалуц не принадлежит к их числу. Власти потребовали распустить организацию. Гехалуц вступил в период преследований: аресты в Гомеле и Москве ознаменовали перемену в отношении к нему властей. Массовые аресты сионистов, волна которых внезапно прокатилась по всей России (особенно на Украине) в сентябре 1922 года, нанесли тяжелый удар и местным организациям Гехалуца. В среде участников движения царила растерянность, ожидали полного разгрома в скором будущем. Тем не менее, организация быстро оправилась от потрясения.

Постепенно центральные органы Гехалуца сосредоточились в Москве, где обстановка была менее напряженной. Началась политическая деятельность, ставившая своей целью легализацию движения. Продолжалась организационно-хозяйственная работа и алия. Велись интенсивные переговоры с центральными учреждениями советской власти. Вопрос о движении Гехалуц был рассмотрен главным органом политического управления коммунистической партии — политбюро. После многомесячных переговоров, Гехалуц был легализован. Попытки Евсекции провалить переговоры не увенчались успехом. 21 сентября 1923 года был опубликован официальный устав «Всероссийской трудовой организации Гехалуц».

В первом параграфе устава говорилось: «Всероссийская организация Гехалуц ставит своей целью оздоровление экономической структуры масс еврейского населения путем их привлечения к производительному труду и к самостоятельному, без эксплуатации человека человеком, участию в строительстве трудового центра в Эрец-Исраэль, где должны быть сосредоточены еврейские трудящиеся массы в полном соответствии с их хозяйственными и социальными нуждами».

Таким образом, советская власть открыто признала законность идеи строительства «трудовой еврейской Палестины». В то время это представлялось достижением, хотя и было ясно, что легальная деятельность Гехалуца в советских условиях связана с риском идеологического перерождения и что само существование организации — под yгрозой.

Легализация, впрочем, сама по себе не изменила бы сионистской сущности движения, если бы нe внутренние перемены в идеологии Гехалуца. Еще задолго до легализации, во время упорных попыток добиться соглашения с властями, начались идейные разногласия в среде руководителей организации, многие из которых выступили за изменение вырабатывавшейся годами программы движения. Появилась тенденция к политизации Гехалуца в духе советских лозунгов, левые настроения усиливались по мере того, как затягивались переговоры с властями. Руководящими кругами организации начало овладевать стремление отмежеваться от сионизма и сионистских учреждений. Признаки идейного переворота отчетливо проявились на расширенном заседании центра (пленуме), состоявшемся в Москве в апреле 1923 года. Хотя пленум собрался для выяснения чисто практических вопросов, а число его участников было невелико, новое руководство центра взяло на себя принятие резолюции, связанной с политической и идеологической сущностью движения. В качестве аргумента приводились соображения партийно-политического характера, чуждые традициями духу Гехалуца.

Были приняты следующие решения:

— Гехалуц стремится к созданию в Эрец-Исраэль еврейского трудового общества, основанного на коллективистских началах.

— Будучи беспартийной организацией, Гехалуц рассматривает себя как органическую часть еврейского и всемирного рабочего класса. Признавая неизбежность классовой борьбы, он выступает против капитализма в любых его проявлениях.

— Гехалуц стремится произвести переоценку ценностей в жизни широких масс еврейского народа. Каждый член организации должен строить свою личную жизнь на основе производительного труда и сознательного коллективизма.

— В духе этих предпосылок Всероссийская трудовая организация Гехалуц должна влиять на деятельность Гехалуца в других странах, на Всемирный центр Гехалуца и на Всеобщую организацию еврейских трудящихся в Эрец-Исраэль (Гистадрут).

Затем от теоретических вопросов перешли к практическим. В области хахшары была предложена ориентация на создание в Эрец-Исраэль трудового отряда («Гдуд ха-авода»). По образу и подобию работы в «Гдуде» должна проводиться и хахшара в странах диаспоры. Из этого вытекало и стремление разделить приверженцев поселений типа «большая квуца» и сторонников «мошавов». В соответствии с этим, было принято практическое решение: не посылать на работу в хозяйства типа «квуца» тех товарищей, которые намерены строить свою жизнь в стране на основах мошавного хозяйства (параграф 13-й резолюции).

Сторонники «конструктивистских» взглядов, оказавшиеся (по их заявлениям, случайно) на пленуме в меньшинстве, считали, что настроения большинства подрывают самые основы движения. Требуя не превращать Гехалуц в арену партийно-политической борьбы, меньшинство подчеркивало сионистский характер движения, в рамках которого объединены все его участники, независимо от их взглядов. Нельзя допустить, заявляло меньшинство, чтобы движение руководствовалось внешними факторами, а не историческим стремлением еврейского народа вернуться в свою страну и построить жизнь в ней на принципах производительного труда. Гехалуц — движение конструктивное по своей сущности и не может руководствоваться лишь идеями классовой борьбы. Цель хахшары — дать рабочие навыки и профессию, помочь акклиматизации в Эрец Исраэль. Она должна носить коллективистский характер, но не навязывать участникам никакой коллективной идеологии. Каждый член организации, независимо от его взглядов, должен иметь право пройти хахшару

в одном из хозяйств Гехалуца. Коллективная хахшара предпочтительнее индивидуальной из чисто педагогических соображений. Нельзя в рамках организации сортировать ее членов по типам поселений; участники движения выберут форму поселения на основе собственного опыта в стране. Решая проблему алии, следует считаться прежде всего с тем, что страна нуждается в возможно большем числе трудящихся, приспособленных к местным условиям (большинство подчеркивало, в первую очередь, необходимость профессиональной и культурной подготовки переселенцев ).

Многие члены Гехалуца были удивлены принципиальными и практическими решениями апрельского пленума. Эти решения не соответствовали ни реальным условиям в Эрец-Исразль, ни идейным или практическим принципам Гистадрута, ни принципам самого Гехалуца. Коллективистские тенденции, выразившиеся в этих решениях, могли показаться чрезмерными даже с точки зрения советского правительства, которое в рамках нэпа предоставило широкие возможности частной инициативе и изменило свое отношение к «середняку».

Разногласия, обнаружившиеся на заседаниях пленума, решили участь организации уже в ближайшие дни — дни проведения в жизнь решений большинства. Среди рядовых участников движения царила растерянность. Отсутствие возможности созвать легальную всеобщую учредительную конференцию, на которой только и можно было решить вопрос о сущности и образе действий организации, и отсутствие достаточной информации о положении в Эрец-Исраэль способствовали извращению путей работы Гехалуца. Вопросы решались недемократическим образом, допускалась дискриминация отдельных членов организации. Так, в «Тель-Хай» (единственное хозяйство, обладавшее широкими возможностями приема и высокой подготовки новых членов) направлялись только сторонники поселений типа «квуца», а те, кто не принадлежал к их числу, наоборот, переводились из «ТельХая» в другие места. Второе по величине хозяйство, «Мааян», тоже поступило в исключительное распоряжение сторонников большой «квуцы». Члены организации оказались разделенными на две группы: полноправных участников движения и ,,пасынков». Эта дискриминация была первым признаком грядущего раскола. В связи с внутренними трудностями игнорировались возможности расширения хахшары на Украине и в Крыму. Гехалуц постепенно терял престиж в глазах общественных учреждений. Ослабла организационная деятельность. Работа в местных отделениях была запущена, мероприятия по алие прекратились. Обострились и отношения между обеими фракциями центра; у «большинства» усилилось стремление отмежеваться от сионистской организации: эта тенденция обнаружилась на августовском пленуме 1923 года. По решению пленума, российский Гехалуц отказывался от участия в Палестинском бюро и заявлял, что не несет ответственности за действия Всемирного центра Гехалуца ввиду связей этого центра с сионистской организацией.

Стремясь сохранить сионистский характер движения, меньшинство на пленуме потребовало привлечь местные отделения к дискуссии о методах хахшары, объявить существующие хозяйства группами хахшaры, вернуть в «Тель-Хай» тех, кто ранее был переведен в другие места, отменить существующую систему распределения должностей в хозяйствах, создать выборные комитеты и т. п. Все предложения были отвергнуты.

В это время на проводившуюся в Москве сельскохозяйственную выставку прибыла делегация Гистадрута из Эрец-Исраэль. По требованию «меньшинства»,, члены этой делегации приняли участие в обсуждении разногласий, раздиравших Гexалyц. Однако, стремясь привести стороны к согласию и сохранить единство организации, члены делегации не поняли всей глубины противоречий между фракциями. Не пытаясь решать принципиальные проблемы движения, они ограничились тем, что предложили ряд полумер, но и эти предложения натолкнулись на упорное сопротивление руководства, которое просто не желало исправлять создавшееся положение. В те дни руководство партии «Хитахадут» обратилось к сионистско-социалистической партии с предложением совместными усилиями предотвратить раскол Гехалуца. «Сионисты-социалисты» ответили, что поскольку Гехалуц — беспартийная организация, то партии не вправе вмешиваться в ее внутренние дела.

Так наступил кризис движения; чтобы установить, каким путем оно пойдет дальше, нужно было созвать всероссийскую конференцию, но, как мы уже говорили, это было невозможно в сложившихся к тому времени условиях. Руководство движением осталось в руках центра в его прежнем составе.

Гехалуц оказался на перепутье. После апрельского пленума, на котором, в сущности, произошел раскол движения, внутри Гехалуца образовались два лагеря, противоположных как по своим взглядам, так и по методам работы. Тем не менее, в течение следующих пяти месяцев оба лагеря кое-как уживались в рамках одной организации.

Противники нового направления приложили много усилий, чтобы сохранить единство движения. Но все эти усилия оказались тщетными. Представители новых веяний в руководстве были фактически всесильны. В условиях советской России это означало, что Гехалуц утрачивал сионистскую сущность. Таким образом, движение оказалось перед выбором: принять экстремистскую классовую теорию апрельского пленума и навязать организации политические функции, не имеющие прямого отношения к сионизму, или объединить в рамках новой организации все верные сионизму силы движения, спасти таким образом Гехалуц от полного упадка и сохранить возможность влияния на все халуцианские элементы в России. Несмотря на многочисленные трудности, второй путь представлялся единственным способом сохранить сионистский характер движения.

В сентябре 1923 года произошел формальный раскол, и возникли две организации: «Национально-трудовая организация Гехалуц» (нелегальная) и «Гехалуц в СССР» (легальная).